Медиа Сервис "СДЕЛКА"

+7 ( 3 9 1 )292-59-19 infa24@narod.ru                                           

Отправь на принтер

КОНТАКТЫ

звоните нам +7(391) 

292-59-19

Наш Skype  infa24

infa24@narod.ru

Партнеры

Поиск по сайту

 

2

 

ДОБАВЬ

Календарь

«  Январь 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031

СЕЙЧАС читают:

Статистика

Яндекс.Метрика
 
 
 
 

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
 

 

Главная » 2017 » Январь » 10 » Владимир ПОТАНИН возглавил “Норникель” четыре года назад, когда они с Олегом Дерипаской подписали мировое соглашение
Владимир ПОТАНИН возглавил “Норникель” четыре года назад, когда они с Олегом Дерипаской подписали мировое соглашение
22:04

Владимир ПОТАНИН возглавил “Норникель” четыре года назад, когда они с Олегом Дерипаской подписали мировое соглашение при участии Романа Абрамовича. Акционерное соглашение с тех пор исправно работало, в него даже удалось внести изменения, касающиеся дивидендной политики, гордится Потанин. Он сам расставаться со статусом управляющего партнера не собирается. Тем более что впереди у компании огромная работа: цель бизнесмена – превратить “Норникель” из одного из загрязнителей в образцовое экологически чистое предприятие, что обойдется компании в 13–14 млрд долларов. Это не отменяет стремления сделать “Норникель” еще более эффективным. В интервью “Ведомостям” Потанин рассказал о задачах компании.

– Четыре года назад “Норникель” уже под вашим управлением принял новую стратегию. Какими оказались ее промежуточные итоги? Удалось добиться желаемого?
– Считаю, что стратегия оказалась успешной – о чем, собственно, свидетельствуют результаты деятельности компании за последние годы. Прежде всего, мы достигли большого прогресса в корпоративном управлении, что стало возможным благодаря установлению нормальных взаимоотношений между акционерами. Компания стала более эффективной, более привлекательной для инвесторов. Нам удалось обеспечить плановую доходность, которая была важна некоторым инвесторам на входе. В разной степени, но важна. И при этом вести работу над амбициозной и затратной инвестпрограммой, которая потребовала переосмыслить все, что делалось в компании последние лет 30. И сегодня нам абсолютно понятно, что собой представляет современный “Норникель”, какие у него проблемы и куда нужно двигаться. Главная проблема – экологическая. Ее решение обязательно, оно назрело и для самой компании, и для регионов присутствия. “Норникель” должен превратиться из одного из загрязнителей в образцовое экологически чистое предприятие. Для этого необходима комплексная модернизация производства. Закрытие никелевого завода стало важным этапом на этом пути – мы существенно снизили выбросы в Норильске. Чтобы закрыть никелевый завод, была проведена глубокая реконструкция Надеждинского металлургического завода, которая позволила предприятию принять на переработку дополнительное сырье. Дальнейшее решение вопроса экологии – это улавливание серы, основного компонента наших выбросов в атмосферу. Для этого потребуется изменить технологические процессы на медном заводе с переносом ряда переделов на Надеждинский. На Кольской ГМК мы закрыли агломерационную фабрику, и это тоже существенно снизило выбросы SO2. Но для этого потребовалось доработать и запустить линию брикетирования концентрата.
– Каким будет дальнейший план?
– Мы готовы идти дальше и рассматриваем возможность закрытия плавки в поселке Никель на Кольском полуострове после 2019 года по модели закрытия никелевого завода в Норильске. Это должно сопровождаться серьезной социальной программой, что упирается не только в деньги. Нужно с местными властями посмотреть, что будет, предложить людям другую работу, разработать программу социальной адаптации. Иными словами, работы по модернизации нужно синхронизировать с работами по решению экологической проблемы, иначе это будет неразумно затратно. Венцом комплексной программы станет так называемый “Серный проект” – он позволит в разы снизить выбросы серы не только в самом Норильске, но и на других предприятиях Таймырского полуострова. Но для этого нужно уловить 1,5 млн тонн SO2. И сразу же встает вопрос: что с ними делать?
– И что вы планируете делать с этой серной кислотой здесь, в Заполярье?
– Использовать ее в гидрометаллургии. Талнахская обогатительная фабрика, особенно с пуском третьей очереди, будет давать отходы, которые подлежат хранению в хвостохранилище. Но ведь эти отходы можно использовать в гидрометаллургии и продолжать извлекать оттуда металл. Согласитесь, это более рачительное использование природных ресурсов. Единственный вопрос – это очень капиталоемкое производство. Поэтому мы сейчас помимо прочего изучаем, каков будет объем вложений и насколько это будет для компании эффективно. Думаю, что в III квартале следующего года у нас уже будет полное понимание того, что происходит с проектом элементарной серы (мы получим всю техническую документацию) и с проектом серной кислоты. А в IV квартале будет принято решение. Дальше нужно будет несколько лет на реализацию программы. Я называю это созданием плацдарма для атаки на экологические проблемы. Мы поняли, с какими проблемами можем столкнуться. Часто экологические проблемы сводятся только к сере, но это и качество хвостохранилищ, и качество пульпопроводов, газопроводов, это устаревший медный цех на Кольской ГМК, который будет реконструирован.
Такой вот неслабый фронт работ получается. Конечно, это требует времени, больших инвестиций, огромной социальной работы, и здесь есть большая необходимость в поддержке государства, потому что нагрузка на компанию, даже такую, как “Норникель”, очень большая. До 2022 года, по нашим расчетам, 13–14 млрд долларов. Это колоссальная инвестпрограмма, которую нам предстоит реализовать при соблюдении обязательств по обеспечению должного уровня доходности для акционеров. Поверьте, раньше мы о таких планах даже и думать бы не могли. А теперь у нас есть опыт решения – как по созданию новых мощностей, так и по закрытию старых.
– Реконфигурация производства не обошлась без проблем. Говорят, были сложности с запуском второй очереди Талнахской фабрики, из-за чего снижен прогноз производства никеля из собственного сырья до минимального уровня за 12 лет – 195 000–200 000 тонн. Не опасаетесь, что это приведет к потере части доли рынка?
– Начнем с того, что Талнахская фабрика была запущена в срок. По стратегии она должна была быть построена в 2017 году, выход на проектную мощность происходит еще в течение года. У компании же был амбициозный план сделать это раньше. Так что мы движемся с опережением графика, но немного не вписались во внутренний план. Но уже сейчас фабрика работает на 95% проектной мощности. В I квартале доведем до 100%. Понятно, какие проблемы возникли и как их решить. Дополнительные 300 000 тонн руды будут в I квартале вовлечены в производство. Они уже учтены в бюджете.
– Какие еще изменения в компании планируются?
– В “Норникеле” будет создано несколько кластеров. Многие компании работают по принципу – это исторически сложилось – “разные продукты, разные страны”. Но у нас комплексная руда, поэтому не может быть продуктовых дивизионов, несмотря на то что мы разделяем концентрат на медную и никелевую цепочки. Мы пошли по другому пути. Так, в результате новой конфигурации образуется Талнахский узел, где после запуска третьей очереди Талнахской фабрики будет производиться большой объем руды. Это будет самый крупный обогатительный комплекс в мире. Дальше – Надеждинский завод, который уже является самым крупным, самым молодым и самым современным плавильным заводом. Таким образом создается современный комплекс, который будет включать рафинировку в Кольской компании. Талнах плюс Кольская ГМК – это самодостаточное ядро “Норникеля”, которое будет основой развития и роста за пределами 2025 года.
Есть Быстринский проект, который сделан с нуля. Он выделен в отдельный кластер в силу географической обособленности и товарной линейки. Мы для себя его называем окном на китайский рынок – он рядом расположен, там есть уже китайские партнеры. У этого проекта имеются самостоятельные возможности роста. Во-первых, вокруг есть что доразведать и прирастить. Во-вторых, существует идея объединения с Баимским месторождением наших партнеров (Романа Абрамовича и Александра Абрамова. –  “Ведомости”.). В последующем можно провести IPO на азиатских площадках. Эта большая история отличается от core-business “Норникеля”, поэтому важно, чтобы она и в управленческом плане была обособлена.
Есть еще Южный кластер на Таймыре – это все, что не Талнах. Там на 70% выработаны ресурсы, но есть обогатительная фабрика, мощности и есть резерв металлургических мощностей. Есть план развить их, чтобы они могли перерабатывать до 7 млн тонн руды и техногенного сырья, как карьерным, так и подземным способом. Это поменяло бы экономику процесса. Такого рода компания заняла бы место в пятерке ведущих производителей платиноидов в мире. Этот проект в его новом, возрожденном виде – хорошие ворота к освоению как Масловского месторождения, так и месторождения Норильск-1, которое когда-нибудь будет нашими партнерами вовлекаться в производство. Мы находимся в диалоге с нашими потенциальными партнерами из “Русской платины”. Таким образом, Южный кластер может иметь самостоятельную жизнь: должна быть возможность привлекать в него дополнительных инвесторов, он потенциально партнерский. Он технологически, корпоративно, финансово может управляться не так, как управляется большая публичная компания “Норникель”.
То же самое можно говорить о Кольском полуострове, где после оптимизации появится современное обогащение, появится концентрат, который можно плавить в разных вариантах. Его можно частично вывозить в Заполярный филиал обратно – мы сейчас опробуем на первых 150 000 тонн. Делаем логистические центры в Мурманске и Норильске, чтобы можно было переваливать его. На Кольской ГМК недостаточно объемов добываемой руды, чтобы строить большие, эффективные, современные печи. Кольская компания будет представлять самостоятельный кластер, в чем-то ориентирующийся на Harjavalta, на европейский рынок – такое окно в Европу.
Для каждого из этих дивизионов было бы полезно обладать организационной, управленческой самостоятельностью и способностью свою экономику четче считать. Тогда мы сможем уйти от кросс-субсидирования, которым страдают многие компании, даже лучшие в мире. Мы хотим создать в компании механизм, который бы позволял это вовремя увидеть. Это открывает возможности для партнерских отношений, отличных от привлечения акционерного капитала в “Норникель”. “Норникель” – большая публичная компания, любое привлечение акционерного капитала – это целая история. А вот в Быстринский проект мы 100 млн долларов equity привлекли от китайских партнеров, никак не нарушая акционерную структуру “Норникеля” и никак не компрометируя акционерное соглашение. Мы такого рода возможности хотели бы для себя создать. Тем более что есть большое количество инвесторов, которые продолжают интересоваться, но не готовы выписывать большие чеки на “Норникель”, а готовы заниматься частным образом проектами в mining.
– Кластеры будут выделены в структуре компании в отдельные юрлица?
– Не обязательно. Кольская ГМК – отдельная компания, Быстринский проект – целый куст компаний, в Норильске – филиал, а Южный кластер вообще никак не обособлен. Так что этот вопрос пока не правовой, а организационно-методический.
– Почему “Норникель” не форсирует переговоры о присоединении Баимского проекта к Быстринскому с владельцами Романом Абрамовичем и Александром Абрамовым? Ведь чем дольше проект развивается самостоятельно, тем становится дороже.
– Для “Норникеля” выгоднее и безопаснее получить не максимальную, а разумную выгоду в условиях максимально сниженных рисков – логистических, технологических. Коллеги ведут колоссальную работу, связанную с изучением качества рудного тела, технологических аспектов его разработки и строительством инфраструктуры. Наконец, надо определиться с маркетингом – кому и куда будет поставляться продукция. Ни один из этих вопросов не является неразрешимым. Но для проработки необходим колоссальный уровень вовлеченности. Представители “Норникеля” работают в качестве представителей в рабочей группе, чтобы в режиме онлайн получать всю информацию. Возвращаясь к вопросу, для “Норникеля” выгоднее заплатить справедливую цену за хороший актив в высокой стадии подготовки и с низким уровнем риска, чем заплатить низкую цену в расчете на upside и дальше столкнуться с какими-то плохо разрешимыми проблемами. Коллеги к этому относятся с пониманием.
Это тоже гигантский проект. Там предполагается добывать 60 млн тонн руды, а на первом этапе – 30 млн тонн. Мы очень гордимся недавно запущенной второй очередью Талнахской фабрики мощностью 10 млн тонн. А на Баимке планируется сразу построить три таких! In the middle of nowhere.
– Один из главных поворотных моментов действующей стратегии “Норникеля” – отказ от зарубежной экспансии. Не ограничивает ли это компанию в развитии? Есть же эффективная BHP Billiton, другие компании.
– Да уж, эффективные, не одного гендиректора сменили за пять лет. (Улыбается.) Мне настолько нравятся моя работа и моя зарплата, что я не готов рисковать. Это делают или смельчаки, или дураки. Я пытаюсь удержаться между этими двумя категориями. Если серьезно, то я рассказал про наши перспективы. На Талнахском блоке можно добывать 20 млн тонн руды, в Южном кластере – 6 млн тонн, 7,5 млн тонн на Кольском полуострове. Есть Быстринский проект и потенциально Баимский, затем будет Масловское месторождение и, надеюсь, Норильск-1. Это все десятки миллионов тонн руды, гигантские фабрики, колоссальные инвестиции. Это и так очень амбициозные планы для одной компании с капитализацией 25 млрд долларов.
– То есть работы хватит внутри России?
– Похоже, что на 10–12 лет именно так. Нам предстоит много работы, надеюсь, государство нам поможет. Благо уже есть опыт успешного взаимодействия. Нам государство построило железную дорогу к Быстринскому месторождению. А потом, когда выяснилось, что она не окупается из-за того, что предполагавшиеся к реализации соседние проекты заморожены, отдало ее нам в безвозмездное пользование. Экспортные пошлины на никель и медь были отменены раньше, чем требовали правила ВТО, в обмен на решение экологических проблем. А затем, когда решался вопрос об увеличении НДПИ, Минфин занял твердую позицию, что размер повышения не должен перекрыть размер отмененных пошлин. Это приятно. В правительстве сейчас обсуждается вопрос различных мер поддержки – от ускоренной амортизации до региональных льгот на строительство новых производств.
– Есть ли у вас после прошедших выборов, кадровых перестановок, начавшейся борьбы с коррупцией ощущение, что эпоха стабильности закончилась и мы на пороге перемен? Ведутся даже разговоры о возможном либеральном ренессансе.
– Я не считаю, что для нашей страны актуален либеральный ренессанс. Последние годы показали, что люди лучше себя чувствуют в условиях сильной власти, сильного лидера и всего, что может обеспечить им стабильность и уверенность в завтрашнем дне. Мне кажется, что люди не склонны к принятию на себя большей ответственности за свою судьбу. Они хотят, чтобы о них заботились. И чем прочнее и сильнее власть, тем людям комфортнее. Так что ваш вопрос о либеральном ренессансе не очень актуален. Хотя самому мне нравится определенная степень свободы, я считаю себя достаточно сильным, чтобы решать не только свои проблемы, но и близких ко мне людей и тех, кто со мной оказался, что называется, в одной лодке. Но в масштабах целой страны, похоже, эти ценности не работают. Люди ждут другого. Если говорить о либеральном ренессансе в экономике, то тут другая проблема. Сложные схемы плохо работают. Когда много институтов, когда непонятно, кто за что отвечает. Мы любим, чтобы было понятно, на кого положиться и с кого спросить. Но разговоры о необходимости поддержки бизнеса и частной инициативы, конечно же, радуют. Я всегда говорил, что частный бизнес – движущая сила экономического роста. И именно на частный бизнес можно опереться, чтобы добиться роста экономики и улучшения условий жизни. Поэтому та работа, которая разворачивается в правительстве после послания президента, правильная и морально-психологически ободряющая. Теперь желательно послушать сам бизнес. Ведь нельзя осчастливить насильно. Так что успех этих мероприятий будет зависеть от качества диалога бизнеса и власти. 
 
Опубликовано 20.12.2016, “Ведомости”, vedomosti.ru 
 
Публикуется с сокращениями

Категория: Новости компаний | Просмотров: 315 | Добавил: infa24 | Рейтинг: 5.0/1 |
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Категории раздела

Интернет [241]
Экономика [122]
Недвижимость [43]
Новое на сайте [6]
Новости компаний [512]
Частные новости [25]
Новости рекламы [701]
Разное [282]
Бухучет и налогообложение [317]
Новости Красноярского края [967]
Новости Норильска [357]
Новости Красноярска [138]
Политика [7]
Сельское хозяйство [5]
Охрана труда [2]
 
 

Translation

Популярное

Охрана труда фото норильлаг Лагерь реклама в Норильске скачать юмор прикол объявление Север квартира куплю Сосновоборск продам дом Заполярная правда газета газета Норильска вакансия Google зпПЛЮС бесплатная газета норильская газета объявления объявление в норильске новости курсовая продажа аренда реклама СМИ статья ремонт смотреть Louis Armstrong строительство продается дом земля Марк Цукерберг офис работа в норильске недвижимость бесплатно услуги клип новости рекламы подать объявление в Норильске город Красноярск фото Красноярска архив газеты Окей газета Окей Сочи смотреть клип куплю квартиру http://infa24.ucoz.ru/publ/17 квартиру подать объявление Доска Доска бесплатных объявлений бесплатные объявления минусинск Skype объявления в Норильске работа кредит Москва новости Красноярска facebook Россия доска объявлений бизнес люди налоги Красноярский край бухучет интернет талнах экология Яндекс переселение игарка Twitter диксон Дудинка скайп Окей Цукерберг вакансии стив джобс Китай программа переселения нефть аэропорт Таймыр норильск новости Норильска норильский никель Продам продам квартиру Красноярск

Наш опрос:

Как настроение?
Всего ответов: 56

Мини объявления

Полезно

Медиа Сервис СДЕЛКА - реклама и объявления